Постав підпис!
Понад 700 українських діячів звернулися до влади щодо "російського" проекту меморіалізації Бабиного Яру

 
 
 
 

Студия "Лимонад" он-лайн

Программа работы студии включает проведение он-лайн лекций, презентаций, концертов и интервью.
Подключение к студии по ссылке.
Расписание по ссылке

Сьогодні, 26 травня, приблизно о 19:00 у Першій київській міській лікарні №1 після тривалої хвороби помер один з найвідоміших українських поетів та перекладачів, член Спілки письменників та Пен-клубу України Мойсей Фішбейн. Найщиріші співчуття рідним та друзям.

 
 
 
 

«Правый сектор» и другие: национал-радикалы и украинский политический кризис конца 2013 – начала 2014 года (ч.1)

На днях в Москве вышел новый сборник статей под редакцией известного исследователя национализма, ксенофобии и религиозного фундаментализма Александра Верховского «Россия – не Украина: современные акценты национализма». Книга была издана Информационно-исследовательским центром «СОВА», с ее содержанием можно ознакомиться на сайте Центра. 

С любезного разрешения редакции издания публикуем (в нескольких частях) одну из статей, вошедших в сборник.
Автор статьи – эксперт Евроазиатского еврейского конгресса по вопросам ксенофобии, руководитель Группы мониторинга прав национальных меньшинств, выпускающий редактор ежемесячного информационно-аналитического бюллетеня «Антисемитизм, ксенофобия и права национальных меньшинств в Украине» Вячеслав Лихачев. 

Для правильного понимания статьи следует отметить, что работа над текстом была завершена 30 мая.Также полезно помнить, что статья была написана для того, чтобы быть опубликованной в России.

 

Правый сектор и другие 

Сами себя напугали: сразу после президантских выборов в Украине российский
Первый канал объявил о победе лидера «Правого сектора»
Дмитрия Яроша с результатом 37,37% голосов избирателей

Массовые протестные выступления украинских граждан и приход новой власти в Киеве сопровождались интенсивной и не всегда адекватной информационной кампанией, в рамках которой активисты Майдана, политическая оппозиция и, соответственно, новое правительство, сформировавшееся после победы революции, характеризовались как ультранационалистические, экстремистские и ксенофобские. В этих обстоятельствах и украинским гражданам, и иностранным наблюдателям представляется крайне важным понять, какова же в действительности была роль национал-радикалов в протестной кампании Майдана и последующих событиях. Верно ли, что именно «бандеровцы» составляли критическую массу в рядах протестующих? Можно ли считать победу Майдана успехом ультраправых? Каковы их перспективы в новой украинской политической реальности?

Постановка вопроса
На протяжении первых двух десятилетий новейшей украинской политической истории1 национал-радикальные партии и движения находились на обочине общественных процессов. Они оказались не в состоянии ни добиться сколько-нибудь существенной электоральной поддержки2, ни оказывать заметное влияние на общество и правящие элиты в идейном плане. В этом украинская ситуация заметно отличалась от большинства других постсоциалистических стран Восточной Европы и бывшего Советского Союза, включая Россию, где национал-радикалы время от времени добивались значительного успеха на выборах3, были заметной частью политической системы и элит4 или имели возможность проявить себя в ходе локальных вооруженных конфликтов5
В какой-то степени маргинальное положение украинских ультраправых объяснялось субъективными факторами, такими как отсутствие ярких лидеров, талантливых идеологов и убедительных пропагандистов, а в какой-то степени – объективными особенностями политического контекста. Сам факт возникновения на политической карте независимой Украины означал реализацию основной цели, которую на протяжении всего ХХ века ставили перед собой украинские националисты6. При этом государственность была обретена вовсе не в результате усилий националистов. Они даже не имели реальной возможности делегировать своих представителей в политические элиты и были обречены на маргинальное существование. Кризис правых радикалов усугубился тем, что предложить обществу адекватную изменившимся обстоятельствам альтернативную повестку дня они оказались не в состоянии. 
Более того, если умеренные националисты (национал-демократы, в первую очередь, из Народного Руха Украины) оказались полезными бывшим партноменклатурным элитам для идеологической легитимации их доминирующего положения, ультранационалисты, настаивавшие на изменении естественно сложившегося к моменту распада Советского Союза статус-кво (например, в языковом вопросе), воспринимались обществом и руководством страны как деструктивный элемент. Крупные финансово-промышленные корпорации и региональные экономические элиты, в значительной степени контролирующие украинский политический процесс и основные СМИ, долгое время совершенно не были заинтересованы инвестировать в непредсказуемых и маргинальных радикалов. Как справедливо отмечал политолог Александр Кынев, «партийная система Украины – это в большей степени система “лоббистских партий” финансово-промышленных групп и региональных кланов (или, как считают некоторые украинские политологи, “система олигархических партий”), чем система “идеологических” партий»7. Если левопопулистские политические силы, распоряжающиеся значительным электоральным ресурсом за счет эксплуатации ретросоветской риторики, в целом сумели вписаться в эту систему, правые радикалы долгое время не могли в этом преуспеть. 
Успех праворадикальной партии Всеукраинское объединение «Свобода» на парламентских выборах в конце 2012 года (на причинах которого я вкратце остановлюсь ниже8) заставил исследователей, экспертов и всех интересующихся политической жизнью Украины активно обсуждать потенциал ультранационалистического движения в стране. Это обсуждение вышло далеко за рамки дискуссии в кругу специалистов и само по себе стало медийным и даже политтехнологическим феноменом9. Однако дискуссии 2012–2013 годов и близко не подошли к объему и интенсивности обсуждения роли украинских националистов в событиях последнего полугода.
В ходе политического кризиса конца 2013 – начала 2014 года средства массовой информации и в самой Украине (особенно в период противостояния протестного движения и президента Виктора Януковича), и за ее пределами (особенно в российских СМИ в период после победы оппозиции) сплошь и рядом делают акцент на участии национал-радикалов в происходящих процессах. Многие журналисты, эксперты и политики утверждали, что правые экстремисты составили основу протестного движения, задавали повестку дня и навязали свой сценарий эскалации противостояния как партнерам по оппозиции, так и власти, и, в конечно счете, обществу в целом. О роли национал-радикалов (или, в терминах авторов, «неонацистов») в событиях минувшей зимы уже пишутся книги10
Более того, согласно некоторым официальным оценкам, в феврале в ходе вооруженного восстания власть в Украине взяли неонацисты, которые теперь терроризируют население. К сторонникам подобной интерпретации относятся бывший президент Украины и действующий глава Российской Федерации. 
Так, 18 марта Владимир Путин таким образом интерпретировал произошедшее в Киеве в историческом обращении к Федеральному Собранию по поводу аннексии Крыма: «Главными исполнителями переворота стали националисты, неонацисты, русофобы и антисемиты. Именно они во многом определяют и сегодня еще, до сих пор, жизнь на Украине»11. Неоднократно выражал свою обеспокоенность «бесчинствами ультранационалистов и неофашистов» в Украине российский МИД12 и сам министр иностранных дел Сергей Лавров13.
Характерно, что подобная оценка политических процессов в Украине служит для Владимира Путина обоснованием для вмешательства во внутренние дела страны и «присоединения» полуострова. Осмысление логики официального российского дискурса помогает лучше понять причины столь резкой (и, как я постараюсь показать ниже, совершенно неадекватной) оценки Майдана и его последствий.
С руководством России солидарен в оценках и бывший глава украинского государства (до сих пор, кажется, считающий себя легитимным президентом страны) Виктор Янукович. Например, в ходе пресс-конференции в Ростове-на-Дону 11 марта он заявил, что в Украине в ходе незаконного государственного пароля пришли к власти нацисты14
Конкретизация образа пришедшего к власти в Украине нацизма приобретает порой совершенно фантасмагорический характер. Символом неонацистов и бандеровцев, пришедших к власти в Киеве, стал «Правый сектор» – сложившееся на Майдане ситуативное объединение карликовых праворадикальных групп. Бывший председатель Совета Федерации Сергей Миронов утверждал: «Не Кличко и его сторонники сегодня правят бал на Украине, а Дмитрий Ярош. Это – фашист, националист, у которого единственная цель – прийти к власти, и ни Кличко, ни Юлия Тимошенко, которая ведет свою игру, ему не нужны»15. Отмечу, что лидер «Правого сектора» Дмитрий Ярош не занимает никаких государственных постов. Более того, в первые недели после победы оппозиции его сторонники оказались в ситуации острого конфликта с новым руководством страны, особенно с министром внутренних дел Арсеном Аваковым. 
Подобные высказывания стали общим местом даже в экспертных кругах в России. Называющее себя правозащитным движение «Мир без нацизма»16, выпускающее изобилующий ошибками и недостоверной информацией «Мониторинг неонацизма, ксенофобии и экстремизма», также сообщает о «радикальном национализме экстремистов из “Правого сектора”, пришедших к власти наряду с умеренными националистами из партий “Удар” и “Батькивщина”»17. Этот текст был распространен вскоре после убийства (формально – при задержании) сотрудниками милиции Александра Музычко – одного из лидеров «Правого сектора», последовавшей вслед за этим попытки символического штурма активистами этой организации здания Верховной Рады и принудительного выселения радикалов из их штаба в центре Киева. 
Неадекватное внимание, которое уделяется украинским национал-радикалам в российских СМИ, приводит к неожиданным результатам. «Правый сектор» вообще стремительно становится одним из самых популярных политических брендов. Так, в апреле 2014 года, согласно исследованию кампании public.ru, по количеству упоминаний в российских СМИ «Правый сектор» практически догнал правящую партию «Единая Россия» – 19,05 тысяч и 18,9 тысяч баллов соответственно, значительно обогнав любые другие политические силы18
Член Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Александр Брод выступал со схожими оценками: «В Украине произошел государственный переворот силами оппозиции, радикалов, неонацистов и криминала. Все действия так называемой “новой власти” не легитимны. По вине радикалов льется кровь мирных граждан, принимаются дискриминационные законы. … В Украине нависла угроза геноцида русских»19. Несмотря на явное несоответствие действительности, это высказывание выражает что-то большее, нежели просто частное мнение. Материалы возглавляемого Александром Бродом Московского бюро по правам человека (МБПЧ) легли в основу официального доклада российского МИДа «Белая книга нарушений прав человека и принципа верховенства права на Украине (ноябрь 2013 – март 2014)»20. Как и другие, в том числе упоминавшийся выше, документы этого жанра, доклад МБПЧ, на мой взгляд, довольно откровенно пытается выполнять задачу оправдания российского вмешательства во внутренние дела Украины. 
Примеры подобных, на мой взгляд, совершенно неадекватных реальному положению вещей высказываний из уст российских чиновников, равно как и многочисленных журналистов, людей, позиционирующих себя в качестве экспертов, представителей неправительственных организаций и т.д., можно продолжать до бесконечности.
В этом контексте любому заинтересованному наблюдателю становится крайне трудно даже просто уследить за всем, что говорится и пишется об украинском правом радикализме, а разобраться в этом вале информации – практически невозможно. Поэтому и данная статья, разумеется, не может носить всеобъемлющий характер. Более того, с моей стороны было бы нечестно декларировать претензию на абсолютную исследовательскую объективность. Я отлично осознаю, насколько трудно избежать соблазна увлечься выполнением полемических задач в ситуации, когда описанием масштаба «зверств неонацистов» руководители соседнего государства оправдывают вмешательство во внутренние дела и отторжение части Украины.
Принимая во внимание все сказанное, я все же возьму на себя смелость постараться сформулировать собственную версию ответа на вопрос: какую же в действительности роль сыграли национал-радикалы в украинском политическом кризисе конца 2013 – начала 2014 года?
Для того чтобы ответить на этот вопрос, мне представляется необходимым рассмотреть следующие темы: 

  •  кого в украинском политическом спектре можно назвать национал-радикалом;
  •  положение украинских национал-радикалов на момент начала Майдана в ноябре 2013 года;
  •  какое место занимали национал-радикальные политические организации в протестном движении ноября 2013 – февраля 2014 года;
  •  какие дивиденды получили представители этих сил после победы оппозиции в конце февраля 2014 года;
  •  наконец, как повлияли политические процессы последних месяцев на популярность национал-радикальных сил, как их лидеры выступили на прошедших 25 мая президентских выборах и каковы их дальнейшие электоральные перспективы.

Прежде чем перейти непосредственно к рассмотрению этих вопросов, представляется оправданным вкратце напомнить о последовательности событий украинского политического кризиса, заостряя внимание на эпизодах, представляющих особое значение в контексте интересующей нас темы.

Продолжение см. здесь

Примечания

1 За точку отсчета новейшей украинской политической истории мне представляется целесообразным взять первые свободные конкурентные выборы – выборы народных депутатов Верховной Рады УССР 1990 года.

2 О возможных объяснениях этого явления см., например: Умланд Андреас. Крайне слабые // Корреспондент. 2008. 21 июня; Умланд Андреас, Шеховцов Антон. Праворадикальная партийная политика в постсоветской Украине и загадка электоральной маргинальности украинских ультранационалистов в 1994–2009 гг. // Ab Imperio. 2010. № 2.

3 Во многих странах ультранационалистические политические силы, подобные украинской «Свободе», в наиболее удачной для них ситуации оказывались в состоянии получить солидную поддержку со стороны избирателей. Так, партия «Великая Румыная» в 2000 году набрала 19, 48 % голосов, а партия «За лучшую Венгрию» («Йоббик») в 2009 году получила 14,77 %. Безусловно, в этом же ряду можно вспомнить Либерально-демократическую партию России с 22,93 % голосов в 1993 году и «Родину» с 9,02 % голосов в 2003 году. Более радикальная, практически откровенно неонацистская греческая «Хриси авги» («Золотая заря») на выборах 2012 года получила поддержку 6, 97 % голосов избирателей.

4 В некоторых восточноевропейских странах ультраправые участвовали в правительстве. Например, Словацкая национальная партия, получив в 2006 году 11,73 % голосов, вошла в правительство и получила три министерских портфеля. В 2005–2007 ггоды входила в правящую коалицию и Лига польских семей, получившая на выборах 7,97 % голосов избирателей.

5 Справедливости ради можно вспомнить о группах украинских ультраправых добровольцев, в основном из Украинской национальной ассамблеи – Украинской национальной самообороны (УНА–УНСО), организованно принимавших участие в приднестровском и абхазском конфликтах (а в индивидуальном порядке – также на Северном Кавказе и в Югославии). Однако, несмотря на широкий информационный резонанс, они были крайне немногочислены (по сравнению, например, с российскими добровольцами в этих конфликтах или с отрядом Конфедерации горских народов Кавказа в войне в Абхазии) и существенного влияния на ход боевых действий не оказали. Популярности УНА на украинской политической арене участие ее добровольцев в этих конфликтах не способствовало.

6 Первый и главный тезис «Декалога украинского националиста» (краткого основополагающего текста Организации украинских националистов, составленного в результате внутренних дискуссий в 1929–1936 годах) гласил: «Добьешься создания Украинского Государства или погибнешь в борьбе за него». См. об этом: Зайцев Олександр. Український інтеґральний націоналізм (1920–1930-ті роки): Нариси інтелектуальної історії. Киев: Критика, 2013. С. 282–283.

7 Кынев Александр. Особенности системы политических партий в Украине: эволюция и перспективы // Полит.ру. 2002. 11 октября (http://polit.ru/article/2002/10/11/473556/).

8 См. также: Лихачев В. Социал-националисты в Раде: есть ли повод для беспокойства? // Хадашот. 2012. № 11 (http://hadashot.kiev.ua/content/social-nacionalisty-v-rade-est-li-povod-...).

9 Политтехнологи, работавшие на В. Януковича, сознательно формировали стратегию, в рамках которой вся оппозиция описывалась как экстремистская и национал-радикальная, а власть, соответственно, мобилизовывала своих сторонников под «антифашистскими» лозунгами. Собственно, именно эта стратегия привела к ситуации зимы – весны 2014 года, когда «георгиевская ленточка» (распространившаяся с 2005 года в России и на всем постсоветском пространстве в качестве визуального символа возрожденного советского идеологического конструкта «Великой Победы») стала отличительным знаком сначала противников Майдана, потом – участников пророссийского и сепаратистского движения. Первый этап пропагандистской кампании реализовывался весной 2013 года. Ее апогеем стал «антифашистский» митинг 18 мая, в ходе которого нанятые властью боевики напали на акцию оппозиции. Второй этап PR-кампании стартовал одновременно с принятием пакета репрессивного «антиэкстремистского» и «антфашистского» законов 16 января 2014 г. См. об этом, например: Лихачев В. Экстремизм, ксенофобия и политтехнологии: как это делается в Украине // Хадашот. 2014. № 2 (http://eajc.org/page18/news43063.html). См. также публикацию некоторых документов, раскрывающих механизмы формирования «антифашистской» информационной стратегии Партии регионов: http://s1285.photobucket.com/user/doriandeadgray/slideshow/Methodical%20... http://censor.net.ua/photo_news/286243/kak_pr_podogrevala_antiukrainskie... и др.

10 См.: Бышок Станислав, Кочетков Алексей. Евромайдан им. Степана Бандеры: от демократии к диктатуре М.: Книжный мир, 2014. Английский вариант книги называется более резко: «Neonazis & Euromaidan: from Democracy to Dictatorship» (см.: http://www.cis-emo.net/ru/node/6087). Возможно, имеет смысл отметить, что авторы имеют достаточно близкое знакомство с современным неонацизмом: А. Кочетков – выходец из Русского национального единства, С. Бышок – из «Русского образа».

11 См. видеозапись обращения и стенограмму: Обращение Президента Российской Федерации // Российская газета. 2014. 18 марта (http://www.rg.ru/2014/03/18/stenogramma.html).

12 См., например: Комментарий Департамента информации и печати МИД России по ситуации вокруг проживающих на Украине нацменьшинств // Министерство иностранных дел Российской Федерации. Официальный сайт. 2014. 28 марта (http://mid.ru/BDOMP/Brp_4.nsf/arh/036E3575D61072FC44257CA9003DF748?OpenD...).

13 См., например: Москва видит в событиях на Украине рост неофашизма // Русская служба BBC. 2014. 26 февраля (http://www.bbc.co.uk/russian/international/2014/02/140226_lavrov_osce_uk...).

14 См. видеозапись интервью: Заявление Виктора Януковича в Ростове-на-Дону // YouTube. 2014. 11 марта (https://www.youtube.com/watch?v=U2_fqaxcDdo).

15 Миронов: Европа не понимает, кто на самом деле пришел к власти на Украине // ИТАР-ТАСС. 2014. 1 марта (http://itar-tass.com/politika/1014141).

16 В отчете латвийской Полиции безопасности организация названа «пророссийской», а ее деятельность определена как «очернение» Латвии. См.: Полиция безопасности назвала «агентов российского влияния» в Латвии // DELFI. 2014. 19 мая (http://rus.delfi.lv/news/daily/politics/policiya-bezopasnosti-nazvala-ag...).

17 Мониторинг неонацизма, ксенофобии и экстремизма. Россия – Украина – Молдова – Европейский Союз. Январь – февраль 2014. М.: Международное правозащитное движение «Мир без нацизма». С. 5 (http://worldwithoutnazism.org/about/%D0%9C%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D1%82%D0%BE...).

18 В РФ «Правый сектор» догнал «Единую Россию» по популярности // Polittech. 2014. 6 мая (http://polittech.org/2014/05/06/v-rf-pravyj-sektor-dognal-edinuyu-rossiy...).

19 Особые мнения членов Совета Александра Брода, Кирилла Кабанова, Александра Мукомолова, Михаила Терентьева и Максима Шевченко в связи событиями в Украине// Совет при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека. 2014. 2 марта (http://www.president-sovet.ru/news/5633/).

20 См.: Белая книга нарушений прав человека и принципа верховенства права на Украине (ноябрь 2013 – март 2014) // Официальный сайт Президента РФ. 2014. Апрель (http://www.kremlin.ru/media/events/files/41d4da83f8a4e1696e94.pdf). Об этом докладе см. также: Михельсон Александр. «Белая книга» с белыми пятнами // Украинская правда. 2014. 7 мая (http://www.pravda.com.ua/rus/articles/2014/05/7/7024611/).

Источник: http://eajc.org/

Grande Sconto Nike Air Zoom Spiridon

рубрика: